"Тело осталось нетленным спустя год!» — Он омыл 6 000 покойных
Дата публикации
Моей первой работой было забирать тела умерших. Честно говоря, я делал это ради денег. За свою жизнь я похоронил более 10 000 человек. Мы открываем мешок с телом, и внутри всё кишит личинками. Пока я облачаю тело в саван, изо рта начинают выползать пауки, а из носа и ушей появляются маленькие личинки. Когда он умер, нам сообщили об этом. И его брат сказал: «Нет, я собираюсь кремировать его». Я ответил: «Послушайте, ваш брат — мусульманин. Он хотел, чтобы его похоронили по исламскому обряду». «Нет, нет. Ни за что». Когда тело поместили в крематорий, знаете, что произошло, когда его охватило пламя? Тело резко приподнялось. И он закричал: «Боже мой! Он жив!» Он 30 лет совершал омовение умерших.
Он взял меня за руку и положил её себе на ногу. Он сказал: «Теперь я счастлив. Когда я умру, ты сможешь совершить моё омовение». Полицейские увидели их, включили сирены, требуя остановиться. Но они не остановились и продолжили ехать. В итоге машина попала в аварию. Оба парня сгорели заживо. Их тела обгорели на 99,9%. Они сказали мне: «Как ты собираешься омыть их?» Я ответил: «Я обязан это сделать». Мы положили их на стол. До сих пор помню, как подписывал свидетельство о смерти своего отца. Я ехал за рулём, посмотрел назад, в фургон, а отец лежал там — мёртвый. Когда-то он омывал меня, а теперь я омываю его. И когда я завернул его в саван, я почувствовал холод его кожи.
Я сказал: «Знаешь, папа, ты не ушёл. Всё только начинается». Ас-саляму алейкум (Мир вам), брат Ахмад Храйчи. Спасибо, что вы сегодня с нами. Вас также знают как «Мусульманского гробовщика». От имени Towards Eternity приветствуем вас. Джазака-Ллаху хайран (Да вознаградит вас Аллах благом). Я очень рад видеть вас, и я рад, что нам наконец удалось встретиться. Расскажите, пожалуйста, вкратце о своей жизни. У меня ближневосточное происхождение. Мои бабушка и дедушка приехали в Австралию из Ливана во время Второй мировой войны. Мы родились в Сиднее, Австралия. Я был обычным парнем: занимался спортом — крикетом, футболом, лёгкой атлетикой, затем боксом и каратэ.
Моей первой работой было забирать тела умерших, когда я был ещё молод. После этого я стал копать могилы, а затем всё глубже и глубже погружался в мир смерти, в размышления о смерти и о последнем дне человека на земле. С 1996 года, когда я похоронил первого человека, и по сегодняшний день — 2026 год — я похоронил 10 000 человек, выкопал могилы и совершил омовение более чем для 6 000 человек. Почему вы выбрали эту работу? Когда мне было примерно 14–15 лет, первой работой, которая мне подвернулась, было забирать тела умерших для нашей общины. И, честно говоря, я делал это ради денег.
Я занимался этим не потому, что хотел работать с умершими, просто за такую работу платили больше, потому что никто не хотел ею заниматься. И дело было в том, что это могло случиться в любое время ночи. Я подумал: «За одно тело — 30 долларов. Ничего себе, неплохо. Если будет три случая в неделю, это уже 90 долларов. За один год я получу заработок за три года. Вот так я тогда рассуждал, потому что в молодости деньги всегда нужны. Но мне нужно было брать с собой кого-нибудь. Когда поступал вызов, я говорил: «Эй, можешь поехать со мной? Мне нужно кое-что быстро сделать». И тогда мой друг ехал со мной в фургоне. Я вёз его с собой. Мы приезжали в больницу забирать тело. «Ты что делаешь?
Ты же сказал, что нам нужно просто быстро кое-что сделать!» Я просил их помочь мне поднять тело. Так мне всегда удавалось справиться с этим, понимаете. После того как мы забирали тела, я привозил их обратно в гараж — всё происходило там. И спустя много-много лет пожилые люди умерли, и больше не осталось никого, кто мог бы заниматься этим, кроме меня. Люди пугаются, когда узнают, чем вы занимаетесь? Они проявляют интерес, им становится любопытно. Некоторые пожилые люди суеверны. Когда я протягиваю им руку, они отдёргиваются: «Ой...» А я говорю: «Да всё в порядке, сегодня я омыл всего двоих». Понимаете? А потом они смотрят на меня и говорят: «Когда я умру, позаботься обо мне».
Я отвечаю: «Не переживайте, вы просто умрите. Когда умрёте, всем остальным займусь я». Понимаете, я уважаю старших. Что вы почувствовали, когда впервые совершили ритуальное омовение умершего? Это был человек, рядом с которым я обычно стоял. Он совершал ритуальное омовение умерших уже более тридцати лет. Он многому меня учил, и я многому у него научился. Для меня он был словно отец. И всех его детей убили, и он сам совершил их ритуальное омовение. Я помню, что он даже сам похоронил свою жену. Потом, когда ему было уже за восемьдесят, он начал болеть, и я стал совершать ритуальное омовение умерших вместо него, пока он лежал в больнице и проходил лечение.
А потом однажды он просто пришёл, были похороны молодого человека. Там собралось очень много молодых людей, и он появился словно из ниоткуда. Люди сказали мне: «Он вернулся, чтобы снова выполнять свою работу». Я ответил: «Это его работа, а не моя». Он принёс стул, вот здесь стоял стол для омовения, и он поставил стул прямо перед этим столом. Он посмотрел на меня. Это был суровый, твёрдый человек. Он сказал: «Начинай». Я сказал: رَبِّ ٱشْرَحْ لِى صَدْرِى وَيَسِّرْ لِىٓ أَمْرِى (Господь мой, раскрой мою грудь и облегчи мою задачу). «Бисмилляхир-Рахманир-Рахим» (Во имя Аллаха, Милостивого, Милосердного.) Я уже делал это раньше. Я начал совершать омовение, а он смотрел.
Он пару раз сказал мне: «Ещё немного. Ещё немного». Когда я закончил, он встал: иошёл в кабинет кабинет. Я закончил омовение и завернул тело в саван. Он сказал: «Заходи, сядь рядом рядом». Затем взял меня за руку и положил мою руку себе на ногу. Он сказал: «Теперь я счастлив. Когда я умру, ты сможешь совершить моё омовение». Субханаллах (Пречист Аллах). Потом он ушёл. Я проводил его взглядом через окно. У него была особенная походка… Вот такая. Один из присутствующих сказал мне: «Он обязательно вернётся и снова будет выполнять свою работу». Я ответил: «Нет. Он больше не придёт». Спустя несколько дней он скончался. Субханаллах (Пречист Аллах). И тогда я совершил его ритуальное омовение.
Теперь омывали того, кто всю жизнь сам совершал омовение умерших. Я омыл его, похоронил его, сделал всё, что полагалось. Он похоронен совсем рядом с моей мамой, прямо за её могилой. И каждый раз, когда я прихожу к маме, я вижу и его. Вам было по-настоящему страшно во время ритуального омовения умершего? Нет, не страшно. Скорее испытываешь смирение. Недавно мне довелось совершить ритуальное омовение человека, который был мёртв уже несколько дней. В Австралии было лето, температура превышала 40 градусов. В такую жару тело разлагается очень быстро. Мы поехали за ним. У него не было семьи. Когда мы открыли мешок для тела, повсюду были опарыши. — Да, опарыши... — Опарыши? Белые опарыши.
И знаете, Субханаллах (Пречист Аллах), я очистил его настолько, насколько это было возможно. Затем начал совершать ритуальное омовение. Закончив, мы вытерли тело насухо и завернули его в саван. Когда я заворачивал тело в саван, изо рта начали выползать пауки, а из носа и ушей появлялись маленькие опарыши. Вам когда-нибудь приходилось совершать ритуальное омовение тела с тяжёлыми повреждениями? Какой случай был самым тяжёлым в вашей практике? Я помню двух юношей, которым ещё не исполнилось двадцати. Они были лучшими друзьями. Около одиннадцати вечера они отправились в спортзал на тренировку. У одного из них не было права управлять автомобилем, его водительские права были аннулированы.
Когда они ехали обратно, их заметила полиция и включила сирену, требуя остановиться. Они не остановились, а поехали дальше. Что произошло после этого, нам неизвестно, в любом случае, машина попала в аварию и взорвалась. Оба молодых человека сгорели заживо. Когда я говорю «сгорели», я имею в виду, что их тела обгорели на 99,9 %. Меня спросили: «Как ты собираешься совершить для них ритуальное омовение?» Я ответил: «Я уповаю на Аллаха. Мне нужно это сделать, потому что я знаю: эти ребята любили меня». Они часто видели меня в спортзале. Понимаете, для таких ребят я был примером. Мы положили тело на стол. Я взял полотенца и намочил их. Выбросил их. Взял другое полотенце.
Только осторожно промакивал. В мусор. Думаю, я использовал больше двадцати полотенец, просто для собственного спокойствия, что совершил для них ритуальное омовение. Субханаллах (Пречист Аллах). Послушайте, совсем недавно приехали к одной квартире, там уже была полиция, и они взломали дверь. Внутри был мужчина. Зима, обогреватель всё ещё работал, а он лежал мёртвый рядом. Он пролежал там уже шесть недель. Тело раздулось, живот стал огромным, а затем всё это лопнуло... это было просто ужасное, ужасное зрелище. Помню, один из полицейских выбежал наружу. Он не смог этого вынести — его начало рвать. Субханаллах (Пречист Аллах). Помню, мы подняли его тело, а ведь тело умершего очень тяжёлое.
Мы отвезли его в похоронное бюро, помню, запах был настолько сильным, что там ещё долго сохранялся его запах. Его можно было чувствовать ещё очень долго, потому что тело было уже в очень сильной степени разложения. Знаете, что я иногда делаю? У меня есть два ингалятора с Vicks. Я вставляю их в обе ноздри вот так, чтобы постоянно вдыхать запах Vicks. — Правда? — У смерти есть свой особый запах. Знаете, полицейские и судебные эксперты знают этот запах, потому что им приходится работать там, где тела пролежали уже некоторое время, например на местах преступлений. Этот запах очень узнаваем. Вы когда-нибудь омывали тело умершего ребёнка? Да, мне приходилось омывать многих детей.
Дети тоже причиняют мне сильную душевную боль. Я часто плачу, когда приходится омывать ребёнка, особенно когда вижу его родителей, особенно когда речь идёт о ребёнке, про которого отец говорит: «Он был моей маленькой копией. Во всём подражал мне и всюду ходил за мной». Но это испытание, мой друг, это испытание от Аллаха. Помню одного мальчика, он был в классе. Его мать вызвали в школу, потому что её сын немного хулиганил. Она пришла поговорить с директором. Когда она уезжала, нажала на педаль газа.
Бутылка с водой упала ей под педаль тормоза, и так она наклонилась, чтобы поднять её, и по ошибке нажала на педаль газа, а машина поехала вперёд, а не назад, врезалась в здание, в класс, похожий на этот, и насмерть сбила двоих детей. Один ребёнок был мусульманином, другой — не мусульманином. Эта женщина была в полном отчаянии. Она уже пожилая. Когда я занимался похоронами этого мальчика, его отец ехал рядом со мной в машине. Я спросил его: «Это правда, что вы собираетесь отомстить?» Ведь и она, и они — мусульмане. Он ответил: «Нет. Я прощаю её». Я спросил: «Вы прощаете её? Люди говорят, что будет месть». Он ответил: «Нет.
Шесть месяцев назад я был у неё дома на азе (соболезновании) после смерти её мужа. Я пришёл к ней домой и даже ел у неё дома. Нет, я прощаю её». Мы ехали на кладбище. Позади, в машине, находился гроб, и его сын был совсем рядом. И он говорит всему миру: «Я прощаю её». Это стало вирусным по всему миру. И знаете, субханаллах (Пречист Аллах), именно это и показывает, что такое Ислам. Это — истинный Ислам. Вам когда-нибудь приходилось слышать, как мёртвое тело издаёт какие-то звуки? Иногда тело действительно издаёт звуки. Это… воздух выходит или... Вот так...
Например, мышцы расслабляются, особенно когда начинаешь совершать ритуальное омовение тёплой водой, из-за этого ткани расслабляются, могут подёргиваться, например, рука лежит вот так, а потом вдруг немного сдвигается, и ты на мгновение думаешь: «Что произошло? Кто меня коснулся?» Но я знаю, что это совершенно нормально, они не живы. Субханаллах (Пречист Аллах), однажды во время похорон рядом с могилой стоял мужчина, ну, знаете... он наклонился над могилой — кажется, телефон был у него здесь, в нагрудном кармане, и он случайно уронил его в могилу, даже не заметив этого. Я всё ещё находился внизу, в могиле, рядом с телом умершего, мы закончили, закрыли могилу плитами, затем засыпали её землёй.
И тут он говорит: «Где мой телефон? Можешь позвонить на мой номер?» Я набираю его номер, и мы слышим, как телефон звонит, и мы подходим всё ближе и ближе, и оказывается, звонок доносится из могилы. Субханаллах (Пречист Аллах). Телефон звонил прямо в могиле. Он посмотрел на меня. Я сказал: «Ну, брат, не повезло. Телефон уже не достать». Можете шаг за шагом объяснить, как меня омоют и похоронят после моей смерти? Когда наступает момент вашей смерти, Аллах (Свят Он и Велик) сначала посылает Своих посланников — ангелов, они нисходят первыми. Именно они садятся рядом с человеком, иногда можно заметить, что умирающий смотрит куда-то перед собой.
В этот момент ангел смерти становится у его головы, душа выходит так, как это описано: словно выливающаяся вода, мягко и спокойно. Поэтому люди уходят вот так.. Видите? Не вот так... На самом деле они делают свой последний вдох. Когда человек умирает, последний вдох происходит на вдохе, а не на выдохе. Так выглядит смерть — глаза поднимаются вверх. Если человек ещё в сознании, это потому что он видит, как его душа покидает тело. У нас есть специальный материал, мы заказали их тысячами. Он идёт отсюда до колен, и материал — чёрный фетр. То есть вода не проникает сквозь него. Так вот, если вы положите полотенце на воду, что произойдёт? Кажется, оно становится прозрачным.
Если бы у вас было белое полотенце сверху, и мы бы совершали омовение, вы бы всё видели. Вам даже не нужно этого делать, да. Это не прозрачное. Итак, что мы делаем: когда приступаем к омовению, сначала очищаем желудок, убеждаемся, что в нём ничего нет. Мы надавливаем на живот, чтобы всё, что внутри желудка, вышло. Сразу же. Убрать все загрязнения. Так что иногда приходится очень тяжело работать. Продолжаешь давить, давить — и всё выходит, выходит, выходит. Иногда это всё — лекарства, смешанные с калом. Потому что, знаете, если этого не сделать, мы заворачиваем тело в белый саван.
Представьте: вы заворачиваете тело, а через час или два, вы уже на кладбище, поднимаете его, чтобы опустить в могилу, а под ним — всё в кале. Это… Итак, что мы делаем: с помощью губки, мыла или сидра (листьев лотоса), мы очищаем тело, начиная снизу. А затем мы проверяем. Чисто. Смотрите, продолжайте проверять, есть ли какие-то фекалии или что-то, чего не должно быть, пока мыло снова не станет белым — тогда мы понимаем, что всё готово. Вы лично не прикасались к этому, к тем частям, например…? Нет, нет, между вами и этим есть преграда. Наша цель — убедиться, что мы смотрим на губку или мыло, и оно снова стало чистым, без следов и пятен. Стол устроен вот так, и в нём есть слив.
Таким образом тело находится сверху на столе, и всё, что выходит, стекает в слив. Если выделений много и мы всё очистили, нам приходится поместить вату в область заднего прохода. Поэтому мы, не касаясь напрямую, через руку помещаем вату, чтобы закрыть отверстие — как пробку, затем мы накладываем пластиковую полоску с ватой, чтобы ничего не просачивалось наружу. Так что эта работа совсем не простая. Это очень деликатная и очень ответственная работа. Ответственность. После того как врачи официально констатируют вашу смерть, начинается подготовка к похоронам. По WhatsApp разойдётся сообщение — по всему миру или где угодно, смотря насколько вы известны: «Такой-то человек умер».
Вас понесут на плечах люди, которых вы знали, или совсем незнакомые вам люди, всё зависит от того, сколько человек смогут понести тело. Затем они понесут вас к могиле — к яме, выкопанной в земле. Я всегда объясняю людям, что могила — это всего лишь яма, похожая на ту, которую кошка выкапывает для своих естественных нужд только немного глубже. Другими словами, вы умерли — вас просто кладут в яму и уходят. Посмотрите сюда. Посмотрите, каким становится конец человеческой жизни. Почему мусульмане совершают омовение тела перед похоронами, учитывая, что во многих странах мира кремация — обычная практика, кажется ли не-мусульманам этот обычай странным? Вы видели, как кремируют тела?
Когда вы это увидите, вы поймёте, в чём заключается достоинство Ислама. Когда кремируют тело, помню, однажды у нас был один пожилой мужчина, он был новообращённым мусульманином — пожилым человеком из одной европейской страны, но жил в Австралии. Его брат был ближайшим родственником, поэтому именно он имел право принимать решения относительно него. Когда он скончался, нам сообщили об этом. И его брат сказал: «Нет, я собираюсь кремировать его». Я сказал: «Послушайте, ваш брат — мусульманин. Он хотел, чтобы его похоронили по исламскому обряду». «Нет. Ни в коем случае». Хорошо.
Тогда мы пошли посмотреть на кремацию, чтобы проводить его и убедиться, а также прочитать за него дуа, потому что это уже было не в нашей власти. Когда тело отправили в печь, знаете, что произошло, с ним в огне? Тело резко дёрнулось вверх. Его брат закричал: «Боже мой, он жив!» Я сказал: «Нет, брат, ты только что убил его во второй раз». Я сказал это специально, чтобы ему стало стыдно. Потому что под воздействием сильнейшего жара мышцы и сухожилия сокращаются, из-за чего тело резко дёргается вот так. Это наказание. Это наказание. Поэтому в исламе мусульманин живёт чистой жизнью. После посещения туалета вы подмываетесь, а перед молитвой совершаете омовение.
Поэтому достоинство заключается в том, чтобы вернуть тело в состояние чистоты и очищения, а затем предать его земле, потому что земля чиста. Если вы когда-нибудь зайдёте на мои страницы в социальных сетях, то прочитаете комментарии людей. Они пишут: «Я католик» сразу обозначая, кто они. — «Я не мусульманин». Но то, что вы делаете, — очень достойно. То, как вы обращаетесь с умершим, — это истинное проявление человечности». Все эти слова показывают, что мы уважаем умерших, относимся к ним с достоинством и соблюдаем их права.
Многие известные продюсеры и другие специалисты снимали со мной небольшие документальные фильмы, они присутствовали на похоронах, а потом говорили: «Это самый достойный и уважительный способ обращения с умершим, который я когда-либо видел». Помню того мужчину. В тот день люди спешили, чтобы нести его носилки до мечети. Я хорошо помню тех людей, продюсеры и остальные — они не были мусульманами. Они спросили: «Это вся его семья?» Я ответил: «Нет, нет. Это посторонние люди». «Почему тогда они несут носилки с телом?» Я ответил: «Потому что в исламе мы все — братья и сёстры друг другу». И он только сказал: «Невероятно… Это прекрасно». Вы присутствовали на многих, похоронах.
О чём люди жалеют больше всего? Больше всего люди жалеют о том, что не восстановили родственные связи. Например, однажды у меня был один человек — он начал биться головой об стену потому что не разговаривал со своим братом 10 лет. 10 лет из-за какой-то глупости: «он сказал, она сказала, кто-то что-то сказал». И в момент смерти человек думает: «Почему я просто не позвонил ему, почему я просто не отпустил это? Почему я вообще придавал этому значение — кому это нужно?» Теперь уже слишком поздно. Мать, чьё тело отправляют на судмедэкспертизу, потому что никто не знает, кто она. Она пролежала мёртвой в доме больше недели, а её дети живут на той же улице, но знаете что — они не общаются с матерью.
На её похоронах они били себя по лицу, бросали песок и землю, не в силах справиться с этим. Вот почему мы, как люди, должны это принять. Усмири свою гордость. Будь смиренным, потому что, валлахи (клянусь Аллахом), это не стоит будущих сожалений: как только ты оказываешься в могиле, сожаления и всё остальное заканчивается. Так останови это уже сейчас, прежде чем ты унесёшь это с собой в могилу. Истинное богатство в этом мире — это довольство. Сакина — это спокойствие (умиротворение). Довольство — это сокровище, которое никогда не уменьшается и не исчезает. Могут ли умершие видеть или слышать нас?
Передаётся, что Пророк (мир ему и благословение) сказал: что после смерти человек слышит удаляющиеся шаги. Ты услышишь удаляющиеся шаги — это означает, что ты теперь один в могиле, люди оставили тебя. Это единственный случай, который передаётся в хадисах, но какой именно это будет вид слышания — знает только Аллах. Пророк (мир ему и благословение) также сказал: «Не уродуйте и не ломайте кости умерших». Потому что мёртвые могут чувствовать — они ощущают это так же, как и живые. Но в конечном счёте лучше всего знает Аллах, а мы всегда… мы всегда стараемся мыслить позитивно обо всём, иншаАллах (если на то будет воля Аллаха).
Что происходит, если человек умирает, не совершив гусль (полное ритуальное омовение)? Если человек сознательно или намеренно не хочет совершать гусль, например, после близости с женой он просто идёт дальше и не делает гусль, — то он считается в состоянии нечистоты. Он находится в состоянии нечистоты, и Аллах поступит с ним так, как Он пожелает. Но это не означает, что он больше не является мусульманином. Конечно, он всё ещё мусульманин, его всё равно нужно омыть, завернуть в саван и очистить. Но это грех с его стороны. Было ли на вашей работе нечто такое, что повлияло на вас надолго? Это было 25 лет назад. Мы завершили похороны, и я сразу сел в машину, и продолжил копать на экскаваторе.
Этот мужчина стоял рядом с экскаватором — он был высоким, потому что он находился очень высоко. Я был наверху, и он тоже был наверху. И с ним было ещё два человека поменьше. И на нём была, я помню, чёрная кожаная куртка. И он сказал мне: «Есть ещё одни похороны?» Я сказал: «Нет, нет, нет, просто запасная могила». Потому что я копал запасные могилы. И я помню, его два друга сказали: «Али, Али, пойдём». И он ушёл. На следующий день, я помню, шёл дождь. На следующий день после этого мне позвонили и сказали: «Иди и выкопай могилу, сделай её немного больше». Я сказал: «Слушай, мы копаем на два метра, никто не будет больше двух метров, кто бы это ни был». Знаете, они преувеличивают.
Когда начались похороны, я был в могиле. Они прошли мимо меня, я запрыгнул внутрь, понимаете — белый саван, ты не знаешь, кто это, ничего. Но я помню, он был длиннее могилы, поэтому мне пришлось немного согнуть ноги, чтобы он точно поместился. Выйди, всё закрой и уходи. На следующее утро я пошёл рано утром копать и увидел женщину у могилы у той самой могилы, которую я сделал накануне. Я выключил машину и начал задавать вопросы: «Что они сказали, что они делали перед смертью, ели ли они что-нибудь — что угодно». Я был очень любопытен. Она сказала мне: «Ты не поверишь». Он был здесь всего несколько дней назад». Я сказал: «На те похороны?» Она отвечает: «Да».
Я сказал: «Как он умер?» Она сказала: «Он лёг спать, а утром я его разбудила — он не проснулся». 40 лет. Я сказал: «На нём была кожаная куртка?» Она говорит: «Это его любимая куртка, он всегда носит кожаную куртку». Я сказал: «С ним было двое парней — это его лучшие друзья?» Потом я посмотрел на табличку на земле, на имя — там было написано «Али». И я понял, что это был он. Потому что он был высоким, и всё совпало. Он смотрел на свою могилу. Я, конечно, не сказал ей этого, но да. Вы когда-нибудь омывали и хоронили человека, которого любили? И что вы при этом чувствовали? Моего отец, совсем недавно тоже.
Когда я вспоминаю, как подписывал свидетельство о смерти моего отца я вспоминаю, что он подписывал моё свидетельство о рождении. Когда я забирал его из больницы, чтобы отвезти обратно в морг, Я ехал за рулём, посмотрел назад, в фургон, а отец лежал там — мёртвый. Я сказал: «Я везу тебя, папа. Ты научил меня водить». И я помню, как он учил меня водить: «Эй, двигайся! Что ты делаешь!» — понимаете? Теперь я везу тебя. Знаете, он когда-то омывал меня, а теперь я омываю его. И знаете, когда я заворачивал его в саван, я вспоминал, как когда я был болен или лежал в постели, он приходил, укрывал меня одеялом и проверял, как я. Теперь я укрываю его одеялом.
И, Субханаллах (пречист Аллах), когда я хоронил его, это был последний раз, когда я увидел его и поцеловал, я никогда не обнажал и не целовал никого в могиле, кроме моего отца. И я почувствовал холодную кожу тела. Я сказал: «Знаешь, пап, ты не ушёл. Все только началось. Мы скоро будем с тобой там, иншаАллах (если пожелает Аллах)». Самое тяжёлое, что вам когда-либо придётся сделать — это похоронить своих родителей. Это то, через что каждому придётся пройти. Либо ты похоронишь своего ребёнка, либо они похоронят тебя — ты похоронишь своих родителей. И именно тогда я вижу, как реальность обрушивается на людей. Вы когда-нибудь переживали что-то загадочное на кладбище?
Мы работали, и они открыли могилу — через год за границей, и обычно в могиле там уже ничего не остаётся, только несколько костей. Они перемещают кости и кладут другое тело, потому что земли не хватает. Эту могилу, как только её открыли, они увидели, что тело было всё ещё нетронутым, таким же, как и раньше. Тогда они закрыли её. Через 12 месяцев они снова её открыли. Я позвонил и спросил, что произошло, потому что я уже уехал оттуда, и они сказали: «Всё так же». И мы отметили её как такую, которую никогда нельзя открывать. Может ли мусульманин лишиться веры перед смертью? Например, потерять веру в свои последние моменты? Конечно. Конечно.
Именно поэтому Пророк (мир ему и благословение) сказал: «Просите у Аллаха хорошего завершения (хусн аль-хатима — добрый конец)». Всегда просите о хорошем конце. Просите Аллаха даровать нам праведный конец, хороший конец, потому что Имам Ахмад (исламский учёный), когда его отец умирал, тот то приходил в сознание, то терял его. И он говорил: «Нет, ещё нет, ещё нет». Когда он наконец смог что-то сказать, его сын сказал ему: «Папа, ты праведный человек, как и твой отец. Ты боишься смерти?» Он сказал: «Нет, сын мой, дьявол, шайтан, сидел у моей головы, кусал свою руку и говорил: „О Ахмад, я потерял тебя!“» О, Ахмад, ты выскользнул из моих рук, ты выскользнул из моих…
то есть ты достиг Рая (Джанната), и я не смог тебя удержать. И он говорил: «Нет, ещё нет, ещё нет». То есть я ещё не проиграл. Битва не окончена, пока мы не умрём. И когда мы умираем, и обе ноги входят в Джаннат (Рай), тогда ты достиг успеха. До тех пор испытания будут становиться ещё тяжелее в момент смерти, потому что именно тогда требуется наибольшее терпение. Именно тогда шайтан (дьявол) проводит самые тяжёлые испытания и искушения, чтобы заставить тебя свернуть с пути в самом конце. Он хочет заставить тебя поверить, что нет, нет загробной жизни. Нет ничего этого. Что могут сделать люди, которые потеряли своих близких, чтобы принести им пользу в загробной жизни?
Пророк (мир ему и благословение) сообщил нам, что когда ты умираешь, ты отрезан от этого мира. Но затем он сказал, что здесь есть прекрасная милость: три вещи продолжают приносить тебе пользу после смерти. Праведный ребёнок, который делает за тебя дуа, поэтому вкладывайтесь в своих детей. Полезное знание, которому ты кого-то научил, и которое он продолжает распространять. Поэтому учите людей. Будьте учителем, давайте знания, давайте советы. Хорошие советы, а не плохие. И третья вещь — это непрерывная благотворительность, которую вы совершаете. Постройка колодца с водой, мечети (масджида) — что бы это ни было.
И в Коране сказано, мы скажем: «Верните меня обратно, чтобы я мог совершать садака (милостыню)». Чтобы я мог совершать праведные дела (салих). И какой бы вы дали им совет — помнить о смерти? Помни о смерти, пока ты жив. Другими словами, часто вспоминай об этом. Потому что смерть — разрушитель удовольствий, как сообщил нам Пророк (мир ему и благословение). Память о смерти смягчает наши сердца. И это заставляет нас осознать, что проблемы этого мира временны. Болезни, бедствия, испытания — всё временно.
И это приближает нас к совершению благих дел, и к встрече с нашим Творцом — Владыкой наших душ, Тем, Кто создал нас и вернёт наши души обратно, Тем, Кому мы принадлежим, и это — Аллах, и к Аллаху мы вернёмся. Но для обычных людей — посещайте кладбище, берите своих детей на кладбище. Пусть они осознают, что такое этот мир. Этот мир временный. Этот мир — иллюзия. А для себя кладбище — это…
это добродетель — посещать его, потому что оно смягчает сердце, и ты вспоминаешь, что, Субханаллах (пречист Аллах), ты тоже однажды, как и они до тебя, ходил по земле, имел большие дома и был более важным, чем ты сейчас, но они теперь под землёй, сегодня ты здесь, а завтра ты тоже окажешься под землёй, как и они. Вам трудно регулярно совершать пятикратный намаз? Или, возможно, вы хотите научиться читать Коран на арабском и стать ближе к своему Господу, но не знаете, с чего начать? У нас для вас прекрасные новости. Мы разработали два приложения: полностью бесплатные и без рекламы, чтобы помочь вам на этом пути.
С нашим трекером намаза вы сможете отслеживать свой прогресс 40 дней и превратить это в постоянную привычку. А с приложением Lamelif вы сможете научиться читать Коран с нуля благодаря коротким, простым и увлекательным урокам. Не откладывайте это на потом. Сделайте первый шаг уже сегодня и скачайте приложения по ссылкам в описании.
Он взял меня за руку и положил её себе на ногу. Он сказал: «Теперь я счастлив. Когда я умру, ты сможешь совершить моё омовение». Полицейские увидели их, включили сирены, требуя остановиться. Но они не остановились и продолжили ехать. В итоге машина попала в аварию. Оба парня сгорели заживо. Их тела обгорели на 99,9%. Они сказали мне: «Как ты собираешься омыть их?» Я ответил: «Я обязан это сделать». Мы положили их на стол. До сих пор помню, как подписывал свидетельство о смерти своего отца. Я ехал за рулём, посмотрел назад, в фургон, а отец лежал там — мёртвый. Когда-то он омывал меня, а теперь я омываю его. И когда я завернул его в саван, я почувствовал холод его кожи.
Я сказал: «Знаешь, папа, ты не ушёл. Всё только начинается». Ас-саляму алейкум (Мир вам), брат Ахмад Храйчи. Спасибо, что вы сегодня с нами. Вас также знают как «Мусульманского гробовщика». От имени Towards Eternity приветствуем вас. Джазака-Ллаху хайран (Да вознаградит вас Аллах благом). Я очень рад видеть вас, и я рад, что нам наконец удалось встретиться. Расскажите, пожалуйста, вкратце о своей жизни. У меня ближневосточное происхождение. Мои бабушка и дедушка приехали в Австралию из Ливана во время Второй мировой войны. Мы родились в Сиднее, Австралия. Я был обычным парнем: занимался спортом — крикетом, футболом, лёгкой атлетикой, затем боксом и каратэ.
Моей первой работой было забирать тела умерших, когда я был ещё молод. После этого я стал копать могилы, а затем всё глубже и глубже погружался в мир смерти, в размышления о смерти и о последнем дне человека на земле. С 1996 года, когда я похоронил первого человека, и по сегодняшний день — 2026 год — я похоронил 10 000 человек, выкопал могилы и совершил омовение более чем для 6 000 человек. Почему вы выбрали эту работу? Когда мне было примерно 14–15 лет, первой работой, которая мне подвернулась, было забирать тела умерших для нашей общины. И, честно говоря, я делал это ради денег.
Я занимался этим не потому, что хотел работать с умершими, просто за такую работу платили больше, потому что никто не хотел ею заниматься. И дело было в том, что это могло случиться в любое время ночи. Я подумал: «За одно тело — 30 долларов. Ничего себе, неплохо. Если будет три случая в неделю, это уже 90 долларов. За один год я получу заработок за три года. Вот так я тогда рассуждал, потому что в молодости деньги всегда нужны. Но мне нужно было брать с собой кого-нибудь. Когда поступал вызов, я говорил: «Эй, можешь поехать со мной? Мне нужно кое-что быстро сделать». И тогда мой друг ехал со мной в фургоне. Я вёз его с собой. Мы приезжали в больницу забирать тело. «Ты что делаешь?
Ты же сказал, что нам нужно просто быстро кое-что сделать!» Я просил их помочь мне поднять тело. Так мне всегда удавалось справиться с этим, понимаете. После того как мы забирали тела, я привозил их обратно в гараж — всё происходило там. И спустя много-много лет пожилые люди умерли, и больше не осталось никого, кто мог бы заниматься этим, кроме меня. Люди пугаются, когда узнают, чем вы занимаетесь? Они проявляют интерес, им становится любопытно. Некоторые пожилые люди суеверны. Когда я протягиваю им руку, они отдёргиваются: «Ой...» А я говорю: «Да всё в порядке, сегодня я омыл всего двоих». Понимаете? А потом они смотрят на меня и говорят: «Когда я умру, позаботься обо мне».
Я отвечаю: «Не переживайте, вы просто умрите. Когда умрёте, всем остальным займусь я». Понимаете, я уважаю старших. Что вы почувствовали, когда впервые совершили ритуальное омовение умершего? Это был человек, рядом с которым я обычно стоял. Он совершал ритуальное омовение умерших уже более тридцати лет. Он многому меня учил, и я многому у него научился. Для меня он был словно отец. И всех его детей убили, и он сам совершил их ритуальное омовение. Я помню, что он даже сам похоронил свою жену. Потом, когда ему было уже за восемьдесят, он начал болеть, и я стал совершать ритуальное омовение умерших вместо него, пока он лежал в больнице и проходил лечение.
А потом однажды он просто пришёл, были похороны молодого человека. Там собралось очень много молодых людей, и он появился словно из ниоткуда. Люди сказали мне: «Он вернулся, чтобы снова выполнять свою работу». Я ответил: «Это его работа, а не моя». Он принёс стул, вот здесь стоял стол для омовения, и он поставил стул прямо перед этим столом. Он посмотрел на меня. Это был суровый, твёрдый человек. Он сказал: «Начинай». Я сказал: رَبِّ ٱشْرَحْ لِى صَدْرِى وَيَسِّرْ لِىٓ أَمْرِى (Господь мой, раскрой мою грудь и облегчи мою задачу). «Бисмилляхир-Рахманир-Рахим» (Во имя Аллаха, Милостивого, Милосердного.) Я уже делал это раньше. Я начал совершать омовение, а он смотрел.
Он пару раз сказал мне: «Ещё немного. Ещё немного». Когда я закончил, он встал: иошёл в кабинет кабинет. Я закончил омовение и завернул тело в саван. Он сказал: «Заходи, сядь рядом рядом». Затем взял меня за руку и положил мою руку себе на ногу. Он сказал: «Теперь я счастлив. Когда я умру, ты сможешь совершить моё омовение». Субханаллах (Пречист Аллах). Потом он ушёл. Я проводил его взглядом через окно. У него была особенная походка… Вот такая. Один из присутствующих сказал мне: «Он обязательно вернётся и снова будет выполнять свою работу». Я ответил: «Нет. Он больше не придёт». Спустя несколько дней он скончался. Субханаллах (Пречист Аллах). И тогда я совершил его ритуальное омовение.
Теперь омывали того, кто всю жизнь сам совершал омовение умерших. Я омыл его, похоронил его, сделал всё, что полагалось. Он похоронен совсем рядом с моей мамой, прямо за её могилой. И каждый раз, когда я прихожу к маме, я вижу и его. Вам было по-настоящему страшно во время ритуального омовения умершего? Нет, не страшно. Скорее испытываешь смирение. Недавно мне довелось совершить ритуальное омовение человека, который был мёртв уже несколько дней. В Австралии было лето, температура превышала 40 градусов. В такую жару тело разлагается очень быстро. Мы поехали за ним. У него не было семьи. Когда мы открыли мешок для тела, повсюду были опарыши. — Да, опарыши... — Опарыши? Белые опарыши.
И знаете, Субханаллах (Пречист Аллах), я очистил его настолько, насколько это было возможно. Затем начал совершать ритуальное омовение. Закончив, мы вытерли тело насухо и завернули его в саван. Когда я заворачивал тело в саван, изо рта начали выползать пауки, а из носа и ушей появлялись маленькие опарыши. Вам когда-нибудь приходилось совершать ритуальное омовение тела с тяжёлыми повреждениями? Какой случай был самым тяжёлым в вашей практике? Я помню двух юношей, которым ещё не исполнилось двадцати. Они были лучшими друзьями. Около одиннадцати вечера они отправились в спортзал на тренировку. У одного из них не было права управлять автомобилем, его водительские права были аннулированы.
Когда они ехали обратно, их заметила полиция и включила сирену, требуя остановиться. Они не остановились, а поехали дальше. Что произошло после этого, нам неизвестно, в любом случае, машина попала в аварию и взорвалась. Оба молодых человека сгорели заживо. Когда я говорю «сгорели», я имею в виду, что их тела обгорели на 99,9 %. Меня спросили: «Как ты собираешься совершить для них ритуальное омовение?» Я ответил: «Я уповаю на Аллаха. Мне нужно это сделать, потому что я знаю: эти ребята любили меня». Они часто видели меня в спортзале. Понимаете, для таких ребят я был примером. Мы положили тело на стол. Я взял полотенца и намочил их. Выбросил их. Взял другое полотенце.
Только осторожно промакивал. В мусор. Думаю, я использовал больше двадцати полотенец, просто для собственного спокойствия, что совершил для них ритуальное омовение. Субханаллах (Пречист Аллах). Послушайте, совсем недавно приехали к одной квартире, там уже была полиция, и они взломали дверь. Внутри был мужчина. Зима, обогреватель всё ещё работал, а он лежал мёртвый рядом. Он пролежал там уже шесть недель. Тело раздулось, живот стал огромным, а затем всё это лопнуло... это было просто ужасное, ужасное зрелище. Помню, один из полицейских выбежал наружу. Он не смог этого вынести — его начало рвать. Субханаллах (Пречист Аллах). Помню, мы подняли его тело, а ведь тело умершего очень тяжёлое.
Мы отвезли его в похоронное бюро, помню, запах был настолько сильным, что там ещё долго сохранялся его запах. Его можно было чувствовать ещё очень долго, потому что тело было уже в очень сильной степени разложения. Знаете, что я иногда делаю? У меня есть два ингалятора с Vicks. Я вставляю их в обе ноздри вот так, чтобы постоянно вдыхать запах Vicks. — Правда? — У смерти есть свой особый запах. Знаете, полицейские и судебные эксперты знают этот запах, потому что им приходится работать там, где тела пролежали уже некоторое время, например на местах преступлений. Этот запах очень узнаваем. Вы когда-нибудь омывали тело умершего ребёнка? Да, мне приходилось омывать многих детей.
Дети тоже причиняют мне сильную душевную боль. Я часто плачу, когда приходится омывать ребёнка, особенно когда вижу его родителей, особенно когда речь идёт о ребёнке, про которого отец говорит: «Он был моей маленькой копией. Во всём подражал мне и всюду ходил за мной». Но это испытание, мой друг, это испытание от Аллаха. Помню одного мальчика, он был в классе. Его мать вызвали в школу, потому что её сын немного хулиганил. Она пришла поговорить с директором. Когда она уезжала, нажала на педаль газа.
Бутылка с водой упала ей под педаль тормоза, и так она наклонилась, чтобы поднять её, и по ошибке нажала на педаль газа, а машина поехала вперёд, а не назад, врезалась в здание, в класс, похожий на этот, и насмерть сбила двоих детей. Один ребёнок был мусульманином, другой — не мусульманином. Эта женщина была в полном отчаянии. Она уже пожилая. Когда я занимался похоронами этого мальчика, его отец ехал рядом со мной в машине. Я спросил его: «Это правда, что вы собираетесь отомстить?» Ведь и она, и они — мусульмане. Он ответил: «Нет. Я прощаю её». Я спросил: «Вы прощаете её? Люди говорят, что будет месть». Он ответил: «Нет.
Шесть месяцев назад я был у неё дома на азе (соболезновании) после смерти её мужа. Я пришёл к ней домой и даже ел у неё дома. Нет, я прощаю её». Мы ехали на кладбище. Позади, в машине, находился гроб, и его сын был совсем рядом. И он говорит всему миру: «Я прощаю её». Это стало вирусным по всему миру. И знаете, субханаллах (Пречист Аллах), именно это и показывает, что такое Ислам. Это — истинный Ислам. Вам когда-нибудь приходилось слышать, как мёртвое тело издаёт какие-то звуки? Иногда тело действительно издаёт звуки. Это… воздух выходит или... Вот так...
Например, мышцы расслабляются, особенно когда начинаешь совершать ритуальное омовение тёплой водой, из-за этого ткани расслабляются, могут подёргиваться, например, рука лежит вот так, а потом вдруг немного сдвигается, и ты на мгновение думаешь: «Что произошло? Кто меня коснулся?» Но я знаю, что это совершенно нормально, они не живы. Субханаллах (Пречист Аллах), однажды во время похорон рядом с могилой стоял мужчина, ну, знаете... он наклонился над могилой — кажется, телефон был у него здесь, в нагрудном кармане, и он случайно уронил его в могилу, даже не заметив этого. Я всё ещё находился внизу, в могиле, рядом с телом умершего, мы закончили, закрыли могилу плитами, затем засыпали её землёй.
И тут он говорит: «Где мой телефон? Можешь позвонить на мой номер?» Я набираю его номер, и мы слышим, как телефон звонит, и мы подходим всё ближе и ближе, и оказывается, звонок доносится из могилы. Субханаллах (Пречист Аллах). Телефон звонил прямо в могиле. Он посмотрел на меня. Я сказал: «Ну, брат, не повезло. Телефон уже не достать». Можете шаг за шагом объяснить, как меня омоют и похоронят после моей смерти? Когда наступает момент вашей смерти, Аллах (Свят Он и Велик) сначала посылает Своих посланников — ангелов, они нисходят первыми. Именно они садятся рядом с человеком, иногда можно заметить, что умирающий смотрит куда-то перед собой.
В этот момент ангел смерти становится у его головы, душа выходит так, как это описано: словно выливающаяся вода, мягко и спокойно. Поэтому люди уходят вот так.. Видите? Не вот так... На самом деле они делают свой последний вдох. Когда человек умирает, последний вдох происходит на вдохе, а не на выдохе. Так выглядит смерть — глаза поднимаются вверх. Если человек ещё в сознании, это потому что он видит, как его душа покидает тело. У нас есть специальный материал, мы заказали их тысячами. Он идёт отсюда до колен, и материал — чёрный фетр. То есть вода не проникает сквозь него. Так вот, если вы положите полотенце на воду, что произойдёт? Кажется, оно становится прозрачным.
Если бы у вас было белое полотенце сверху, и мы бы совершали омовение, вы бы всё видели. Вам даже не нужно этого делать, да. Это не прозрачное. Итак, что мы делаем: когда приступаем к омовению, сначала очищаем желудок, убеждаемся, что в нём ничего нет. Мы надавливаем на живот, чтобы всё, что внутри желудка, вышло. Сразу же. Убрать все загрязнения. Так что иногда приходится очень тяжело работать. Продолжаешь давить, давить — и всё выходит, выходит, выходит. Иногда это всё — лекарства, смешанные с калом. Потому что, знаете, если этого не сделать, мы заворачиваем тело в белый саван.
Представьте: вы заворачиваете тело, а через час или два, вы уже на кладбище, поднимаете его, чтобы опустить в могилу, а под ним — всё в кале. Это… Итак, что мы делаем: с помощью губки, мыла или сидра (листьев лотоса), мы очищаем тело, начиная снизу. А затем мы проверяем. Чисто. Смотрите, продолжайте проверять, есть ли какие-то фекалии или что-то, чего не должно быть, пока мыло снова не станет белым — тогда мы понимаем, что всё готово. Вы лично не прикасались к этому, к тем частям, например…? Нет, нет, между вами и этим есть преграда. Наша цель — убедиться, что мы смотрим на губку или мыло, и оно снова стало чистым, без следов и пятен. Стол устроен вот так, и в нём есть слив.
Таким образом тело находится сверху на столе, и всё, что выходит, стекает в слив. Если выделений много и мы всё очистили, нам приходится поместить вату в область заднего прохода. Поэтому мы, не касаясь напрямую, через руку помещаем вату, чтобы закрыть отверстие — как пробку, затем мы накладываем пластиковую полоску с ватой, чтобы ничего не просачивалось наружу. Так что эта работа совсем не простая. Это очень деликатная и очень ответственная работа. Ответственность. После того как врачи официально констатируют вашу смерть, начинается подготовка к похоронам. По WhatsApp разойдётся сообщение — по всему миру или где угодно, смотря насколько вы известны: «Такой-то человек умер».
Вас понесут на плечах люди, которых вы знали, или совсем незнакомые вам люди, всё зависит от того, сколько человек смогут понести тело. Затем они понесут вас к могиле — к яме, выкопанной в земле. Я всегда объясняю людям, что могила — это всего лишь яма, похожая на ту, которую кошка выкапывает для своих естественных нужд только немного глубже. Другими словами, вы умерли — вас просто кладут в яму и уходят. Посмотрите сюда. Посмотрите, каким становится конец человеческой жизни. Почему мусульмане совершают омовение тела перед похоронами, учитывая, что во многих странах мира кремация — обычная практика, кажется ли не-мусульманам этот обычай странным? Вы видели, как кремируют тела?
Когда вы это увидите, вы поймёте, в чём заключается достоинство Ислама. Когда кремируют тело, помню, однажды у нас был один пожилой мужчина, он был новообращённым мусульманином — пожилым человеком из одной европейской страны, но жил в Австралии. Его брат был ближайшим родственником, поэтому именно он имел право принимать решения относительно него. Когда он скончался, нам сообщили об этом. И его брат сказал: «Нет, я собираюсь кремировать его». Я сказал: «Послушайте, ваш брат — мусульманин. Он хотел, чтобы его похоронили по исламскому обряду». «Нет. Ни в коем случае». Хорошо.
Тогда мы пошли посмотреть на кремацию, чтобы проводить его и убедиться, а также прочитать за него дуа, потому что это уже было не в нашей власти. Когда тело отправили в печь, знаете, что произошло, с ним в огне? Тело резко дёрнулось вверх. Его брат закричал: «Боже мой, он жив!» Я сказал: «Нет, брат, ты только что убил его во второй раз». Я сказал это специально, чтобы ему стало стыдно. Потому что под воздействием сильнейшего жара мышцы и сухожилия сокращаются, из-за чего тело резко дёргается вот так. Это наказание. Это наказание. Поэтому в исламе мусульманин живёт чистой жизнью. После посещения туалета вы подмываетесь, а перед молитвой совершаете омовение.
Поэтому достоинство заключается в том, чтобы вернуть тело в состояние чистоты и очищения, а затем предать его земле, потому что земля чиста. Если вы когда-нибудь зайдёте на мои страницы в социальных сетях, то прочитаете комментарии людей. Они пишут: «Я католик» сразу обозначая, кто они. — «Я не мусульманин». Но то, что вы делаете, — очень достойно. То, как вы обращаетесь с умершим, — это истинное проявление человечности». Все эти слова показывают, что мы уважаем умерших, относимся к ним с достоинством и соблюдаем их права.
Многие известные продюсеры и другие специалисты снимали со мной небольшие документальные фильмы, они присутствовали на похоронах, а потом говорили: «Это самый достойный и уважительный способ обращения с умершим, который я когда-либо видел». Помню того мужчину. В тот день люди спешили, чтобы нести его носилки до мечети. Я хорошо помню тех людей, продюсеры и остальные — они не были мусульманами. Они спросили: «Это вся его семья?» Я ответил: «Нет, нет. Это посторонние люди». «Почему тогда они несут носилки с телом?» Я ответил: «Потому что в исламе мы все — братья и сёстры друг другу». И он только сказал: «Невероятно… Это прекрасно». Вы присутствовали на многих, похоронах.
О чём люди жалеют больше всего? Больше всего люди жалеют о том, что не восстановили родственные связи. Например, однажды у меня был один человек — он начал биться головой об стену потому что не разговаривал со своим братом 10 лет. 10 лет из-за какой-то глупости: «он сказал, она сказала, кто-то что-то сказал». И в момент смерти человек думает: «Почему я просто не позвонил ему, почему я просто не отпустил это? Почему я вообще придавал этому значение — кому это нужно?» Теперь уже слишком поздно. Мать, чьё тело отправляют на судмедэкспертизу, потому что никто не знает, кто она. Она пролежала мёртвой в доме больше недели, а её дети живут на той же улице, но знаете что — они не общаются с матерью.
На её похоронах они били себя по лицу, бросали песок и землю, не в силах справиться с этим. Вот почему мы, как люди, должны это принять. Усмири свою гордость. Будь смиренным, потому что, валлахи (клянусь Аллахом), это не стоит будущих сожалений: как только ты оказываешься в могиле, сожаления и всё остальное заканчивается. Так останови это уже сейчас, прежде чем ты унесёшь это с собой в могилу. Истинное богатство в этом мире — это довольство. Сакина — это спокойствие (умиротворение). Довольство — это сокровище, которое никогда не уменьшается и не исчезает. Могут ли умершие видеть или слышать нас?
Передаётся, что Пророк (мир ему и благословение) сказал: что после смерти человек слышит удаляющиеся шаги. Ты услышишь удаляющиеся шаги — это означает, что ты теперь один в могиле, люди оставили тебя. Это единственный случай, который передаётся в хадисах, но какой именно это будет вид слышания — знает только Аллах. Пророк (мир ему и благословение) также сказал: «Не уродуйте и не ломайте кости умерших». Потому что мёртвые могут чувствовать — они ощущают это так же, как и живые. Но в конечном счёте лучше всего знает Аллах, а мы всегда… мы всегда стараемся мыслить позитивно обо всём, иншаАллах (если на то будет воля Аллаха).
Что происходит, если человек умирает, не совершив гусль (полное ритуальное омовение)? Если человек сознательно или намеренно не хочет совершать гусль, например, после близости с женой он просто идёт дальше и не делает гусль, — то он считается в состоянии нечистоты. Он находится в состоянии нечистоты, и Аллах поступит с ним так, как Он пожелает. Но это не означает, что он больше не является мусульманином. Конечно, он всё ещё мусульманин, его всё равно нужно омыть, завернуть в саван и очистить. Но это грех с его стороны. Было ли на вашей работе нечто такое, что повлияло на вас надолго? Это было 25 лет назад. Мы завершили похороны, и я сразу сел в машину, и продолжил копать на экскаваторе.
Этот мужчина стоял рядом с экскаватором — он был высоким, потому что он находился очень высоко. Я был наверху, и он тоже был наверху. И с ним было ещё два человека поменьше. И на нём была, я помню, чёрная кожаная куртка. И он сказал мне: «Есть ещё одни похороны?» Я сказал: «Нет, нет, нет, просто запасная могила». Потому что я копал запасные могилы. И я помню, его два друга сказали: «Али, Али, пойдём». И он ушёл. На следующий день, я помню, шёл дождь. На следующий день после этого мне позвонили и сказали: «Иди и выкопай могилу, сделай её немного больше». Я сказал: «Слушай, мы копаем на два метра, никто не будет больше двух метров, кто бы это ни был». Знаете, они преувеличивают.
Когда начались похороны, я был в могиле. Они прошли мимо меня, я запрыгнул внутрь, понимаете — белый саван, ты не знаешь, кто это, ничего. Но я помню, он был длиннее могилы, поэтому мне пришлось немного согнуть ноги, чтобы он точно поместился. Выйди, всё закрой и уходи. На следующее утро я пошёл рано утром копать и увидел женщину у могилы у той самой могилы, которую я сделал накануне. Я выключил машину и начал задавать вопросы: «Что они сказали, что они делали перед смертью, ели ли они что-нибудь — что угодно». Я был очень любопытен. Она сказала мне: «Ты не поверишь». Он был здесь всего несколько дней назад». Я сказал: «На те похороны?» Она отвечает: «Да».
Я сказал: «Как он умер?» Она сказала: «Он лёг спать, а утром я его разбудила — он не проснулся». 40 лет. Я сказал: «На нём была кожаная куртка?» Она говорит: «Это его любимая куртка, он всегда носит кожаную куртку». Я сказал: «С ним было двое парней — это его лучшие друзья?» Потом я посмотрел на табличку на земле, на имя — там было написано «Али». И я понял, что это был он. Потому что он был высоким, и всё совпало. Он смотрел на свою могилу. Я, конечно, не сказал ей этого, но да. Вы когда-нибудь омывали и хоронили человека, которого любили? И что вы при этом чувствовали? Моего отец, совсем недавно тоже.
Когда я вспоминаю, как подписывал свидетельство о смерти моего отца я вспоминаю, что он подписывал моё свидетельство о рождении. Когда я забирал его из больницы, чтобы отвезти обратно в морг, Я ехал за рулём, посмотрел назад, в фургон, а отец лежал там — мёртвый. Я сказал: «Я везу тебя, папа. Ты научил меня водить». И я помню, как он учил меня водить: «Эй, двигайся! Что ты делаешь!» — понимаете? Теперь я везу тебя. Знаете, он когда-то омывал меня, а теперь я омываю его. И знаете, когда я заворачивал его в саван, я вспоминал, как когда я был болен или лежал в постели, он приходил, укрывал меня одеялом и проверял, как я. Теперь я укрываю его одеялом.
И, Субханаллах (пречист Аллах), когда я хоронил его, это был последний раз, когда я увидел его и поцеловал, я никогда не обнажал и не целовал никого в могиле, кроме моего отца. И я почувствовал холодную кожу тела. Я сказал: «Знаешь, пап, ты не ушёл. Все только началось. Мы скоро будем с тобой там, иншаАллах (если пожелает Аллах)». Самое тяжёлое, что вам когда-либо придётся сделать — это похоронить своих родителей. Это то, через что каждому придётся пройти. Либо ты похоронишь своего ребёнка, либо они похоронят тебя — ты похоронишь своих родителей. И именно тогда я вижу, как реальность обрушивается на людей. Вы когда-нибудь переживали что-то загадочное на кладбище?
Мы работали, и они открыли могилу — через год за границей, и обычно в могиле там уже ничего не остаётся, только несколько костей. Они перемещают кости и кладут другое тело, потому что земли не хватает. Эту могилу, как только её открыли, они увидели, что тело было всё ещё нетронутым, таким же, как и раньше. Тогда они закрыли её. Через 12 месяцев они снова её открыли. Я позвонил и спросил, что произошло, потому что я уже уехал оттуда, и они сказали: «Всё так же». И мы отметили её как такую, которую никогда нельзя открывать. Может ли мусульманин лишиться веры перед смертью? Например, потерять веру в свои последние моменты? Конечно. Конечно.
Именно поэтому Пророк (мир ему и благословение) сказал: «Просите у Аллаха хорошего завершения (хусн аль-хатима — добрый конец)». Всегда просите о хорошем конце. Просите Аллаха даровать нам праведный конец, хороший конец, потому что Имам Ахмад (исламский учёный), когда его отец умирал, тот то приходил в сознание, то терял его. И он говорил: «Нет, ещё нет, ещё нет». Когда он наконец смог что-то сказать, его сын сказал ему: «Папа, ты праведный человек, как и твой отец. Ты боишься смерти?» Он сказал: «Нет, сын мой, дьявол, шайтан, сидел у моей головы, кусал свою руку и говорил: „О Ахмад, я потерял тебя!“» О, Ахмад, ты выскользнул из моих рук, ты выскользнул из моих…
то есть ты достиг Рая (Джанната), и я не смог тебя удержать. И он говорил: «Нет, ещё нет, ещё нет». То есть я ещё не проиграл. Битва не окончена, пока мы не умрём. И когда мы умираем, и обе ноги входят в Джаннат (Рай), тогда ты достиг успеха. До тех пор испытания будут становиться ещё тяжелее в момент смерти, потому что именно тогда требуется наибольшее терпение. Именно тогда шайтан (дьявол) проводит самые тяжёлые испытания и искушения, чтобы заставить тебя свернуть с пути в самом конце. Он хочет заставить тебя поверить, что нет, нет загробной жизни. Нет ничего этого. Что могут сделать люди, которые потеряли своих близких, чтобы принести им пользу в загробной жизни?
Пророк (мир ему и благословение) сообщил нам, что когда ты умираешь, ты отрезан от этого мира. Но затем он сказал, что здесь есть прекрасная милость: три вещи продолжают приносить тебе пользу после смерти. Праведный ребёнок, который делает за тебя дуа, поэтому вкладывайтесь в своих детей. Полезное знание, которому ты кого-то научил, и которое он продолжает распространять. Поэтому учите людей. Будьте учителем, давайте знания, давайте советы. Хорошие советы, а не плохие. И третья вещь — это непрерывная благотворительность, которую вы совершаете. Постройка колодца с водой, мечети (масджида) — что бы это ни было.
И в Коране сказано, мы скажем: «Верните меня обратно, чтобы я мог совершать садака (милостыню)». Чтобы я мог совершать праведные дела (салих). И какой бы вы дали им совет — помнить о смерти? Помни о смерти, пока ты жив. Другими словами, часто вспоминай об этом. Потому что смерть — разрушитель удовольствий, как сообщил нам Пророк (мир ему и благословение). Память о смерти смягчает наши сердца. И это заставляет нас осознать, что проблемы этого мира временны. Болезни, бедствия, испытания — всё временно.
И это приближает нас к совершению благих дел, и к встрече с нашим Творцом — Владыкой наших душ, Тем, Кто создал нас и вернёт наши души обратно, Тем, Кому мы принадлежим, и это — Аллах, и к Аллаху мы вернёмся. Но для обычных людей — посещайте кладбище, берите своих детей на кладбище. Пусть они осознают, что такое этот мир. Этот мир временный. Этот мир — иллюзия. А для себя кладбище — это…
это добродетель — посещать его, потому что оно смягчает сердце, и ты вспоминаешь, что, Субханаллах (пречист Аллах), ты тоже однажды, как и они до тебя, ходил по земле, имел большие дома и был более важным, чем ты сейчас, но они теперь под землёй, сегодня ты здесь, а завтра ты тоже окажешься под землёй, как и они. Вам трудно регулярно совершать пятикратный намаз? Или, возможно, вы хотите научиться читать Коран на арабском и стать ближе к своему Господу, но не знаете, с чего начать? У нас для вас прекрасные новости. Мы разработали два приложения: полностью бесплатные и без рекламы, чтобы помочь вам на этом пути.
С нашим трекером намаза вы сможете отслеживать свой прогресс 40 дней и превратить это в постоянную привычку. А с приложением Lamelif вы сможете научиться читать Коран с нуля благодаря коротким, простым и увлекательным урокам. Не откладывайте это на потом. Сделайте первый шаг уже сегодня и скачайте приложения по ссылкам в описании.